Аналитик: Яценюк не зря говорил о «камикадзе» — Украина катится в яму 

Глубину падения украинской экономики характеризует то, насколько часто премьер-министр Арсений Яценюк употребляет слово «камикадзе» в отношении собственного правительства. Киев в агонии, полагает обозреватель Observer.

Чудес не бывает: украинская экономика впала в глубочайший кризис, а киевские элиты — в ступор, пишет обозреватель издания The New York Observer Михаил Кликушин.

Отказываясь от российских инвестиций и импорта на российский рынок, постреволюционный Киев вдруг обнаружил, что ему почти нечего предложить миру, пишет аналитик.

Высоких европейских стандартов уровня жизни Украине еще долго не удастся достичь при нынешнем состоянии промышленности: даже важнейший продукт украинского экспорта — соль, используемая для очистки дорог от снега и грязи зимой, в Европе считается слишком «грязной» из-за высокого содержания в ней минералов.

В финансовом секторе, по оценкам обозревателя, ситуация не лучше. В запасе Центрального банка Украины немногим более $10 млрд при общем объеме внешнего долга (государственного и частного) в $125 млрд, или 110,5% ВВП страны. Для сравнения, при выходе из состава СССР и объявлении независимости Украины ее долг был равен нулю.

аждый украинец сейчас должен международным кредиторам $3200 плюс $350 за кредиты, полученные в этом году, что в два раза превышает среднемесячный доход граждан страны. Наиболее уязвимы пенсионеры, чей месячный доход составляет всего $43, не говоря уже и о пенсионерах Донбасса, вовсе отрезанных от пенсионной системы.

Сходным образом обстоят дела и у так называемого среднего класса (граждане с доходами от $400 в месяц): по оценкам TNS, его численность крайне низка — всего 9%, а при курсе в 30 гривен за доллар украинский средний класс исчезнет как таковой.

Всего лишь два года назад при «коррумпированном режиме» средняя зарплата на Украине составляла $500 в месяц при наполовину меньших, чем сейчас, ценах на товары, напоминает автор статьи.

Плюс ко всему, добавляет аналитик, никто не отменял и отопительный сезон. Если Киеву не удастся уговорить международных партнеров на выдачу очередных кредитов в $1 млрд и $300 млн на закупку газа и угля соответственно, граждане Украины этой зимой могут снова замерзнуть.

«Украинское правительство винит во всем войну на востоке страны и коррупцию предыдущих „криминальных” (это слово настойчиво повторяют в Киеве) властей. В этом есть и доля правды, и доля политического лукавства», — полагает Кликушин.

Тем не менее далеко не каждый украинец едва сводит концы с концами, замечает аналитик Observer.

Новый губернатор Одесской области Михаил Саакашвили открыто заявляет о том, что за его сибаритский образ жизни платят американские налогоплательщики, а министр финансов Наталия Яресько, убеждающая украинцев с экранов телевизоров в безопасности дефолта, приходит на телеэфиры, с ног до головы увешанная золотыми украшениями, проявляя таким образом свою «солидарность» с гражданами страны. Главный человек страны — президент Петр Порошенко — и вовсе является миллиардером.

При этом, отмечает обозреватель, украинские элиты не нашли для выхода из кризиса лучшего пути, кроме как попробовать взыскать через международные суды $100 млрд с России за «аннексию Крыма».

За этот вариант выступает и премьер Арсений Яценюк, и бывший и. о. президента Украины Александр Турчинов. Яценюк недоволен объемами финансовой помощи, предоставляемой европейскими кредиторами Греции — Киеву обещали $25 млрд за четыре года, в то время как вчетверо меньшая по численности населения Греция уже получила $300 млрд и просит еще. «Как же несправедлива жизнь к господину Яценюку», — иронизирует эксперт.

«Его (Яценюка — прим. ред.) депрессивное настроение — Зигмунд Фрейд мог бы даже назвать это агонией — можно проследить хотя бы по тому, насколько часто премьер использует слово „камикадзе” в отношении себя», — пишет аналитик Observer.

Михаил Кликушин отмечает, что украинскими политиками было дано много обещаний, но лучше всего перспективы Украины обрисовала помощник госсекретаря США Виктория Нуланд в одном из интервью местному телевидению — «чудес не бывает» и «бинт с раны лучшего всего отрывать быстро и с болью, а не потихоньку». Но как политик, Нуланд забыла уточнить, сколько времени займет такое лечение.